Форум информационной безопасности - Codeby.net

GDDRHammer, GeForge, GPUBreach: Rowhammer добрался до видеопамяти — и GPUBreach обходит IOMMU, который считался надёжным барьером.

Десять лет Rowhammer бил по CPU-памяти. GDDR6 считалась изолированной — максимум деградация нейросети. Три препринта 2025–2026 меняют картину: 1171 bit flip на RTX 3060, root shell на хосте, и GPUBreach работает даже с включённым IOMMU — через memory-safety баги в kernel-mode драйвере NVIDIA, до которого IOMMU просто не дотягивается.

Разбираем kill chain каждой атаки: memory massaging через sparse UVM, CUDA-ядро для хаммеринга GDDR6, эскалация через page table до драйвера. Маппинг на MITRE ATT&CK — T1068, T1565.003. Почему ECC не спасает на GeForce. Что проверять в shared GPU-инфраструктуре облака.

Базовый CUDA-код для воспроизведения в лаборатории.

MAX сейчас только набирает обороты, но там уже есть аудитория, которой интересна ИБ и вокруг неё пока мало нормального контента — решили зайти одними из первых.

В канал будем выкатывать:

• практические разборы атак и защитных механик;
• интересные кейсы из HackerLab (в том числе то, что не попадает в открытый доступ);
• апдейты по курсам codeby.academy и новым сценариям в лабах;
• иногда — вакансии, движуху и внутреннюю кухню экосистемы.

Формат — короткие, прикладные посты без воды, 5–7 постов в день. Если вы уже живёте в MAX или хотите посмотреть, что там происходит, залетайте по ссылке:


Канал пока без лишнего официоза, поэтому чем раньше придёте, тем больше повлияете на то, во что он превратится.

CVE-2026-35616: pre-auth RCE в FortiClient EMS — эксплуатировался как zero-day в пасхальную субботу, пока SOC смотрел в потолок.

CVSS 9.8, zero-day, CISA KEV с дедлайном три дня на патчинг. Вектор — crafted HTTP-запрос, аутентификация просто не навешена на конкретный маршрут. За ним — весь management plane Fortinet: политики endpoint'ов, FortiSandbox, VPN-конфигурации на каждой машине с агентом.

Разбираем механику API bypass и kill chain от T1190 до lateral movement через легитимный push-механизм EMS. Параллельный вектор — CVE-2026-21643 (SQL-инъекция, тот же CVSS 9.8): обновился с 7.4.4 до 7.4.5, закрыл одну дыру — влетел в другую.

Хантинг без официальных IOC и PowerShell-запрос для детекта подозрительных дочерних процессов EMS.

AI в bug bounty: 3–4 часа экономии на каждом таргете — если точно знать, куда направить модель. Честный разбор без маркетинга.

82% хакеров уже используют LLM в работе. Но AI итерирует там, где человек пивотит — один агент сделал 500+ вызовов инструментов за час и нашёл ноль. Разбираем, где модель реально работает: декомпозиция JS-бандлов на 300 КБ, вариация payload под конкретный WAF, Nuclei с AI-генерацией шаблонов для свежих CVE, приоритизация attack surface через BBOT+LLM.

Три фундаментальных ограничения — spurious correlations, constrained generalization, слепота к zero-day. Плюс практический workflow на 60 минут: от bbot до репорта. AI как thinking layer, не как замена.

CVE-2026-4747 и CVE-2026-31402: найдены с помощью LLM-assisted research.

Volatility 3: пошаговый DFIR-workflow от снятия дампа до IoC — для fileless-атак и инъекций, которые дисковая форензика не видит.

Cobalt Strike beacon в RWX-регионе легитимного svchost.exe, reflective DLL injection, расшифрованный payload в памяти — ни одного файла на диске. Классические инструменты слепы. Единственный путь — дамп RAM.

Разбираем практический workflow: снятие дампа через WinPmem/LiME, ключевое отличие Volatility 3 от двойки (никакого --profile), три плагина вместо одного — pslist, pstree, psscan — и почему использовать только один значит гарантированно пропустить DKOM-руткит. Красные флаги в дереве процессов с привязкой к MITRE ATT&CK: T1055, T1014, T1036.005, T1003.001.

Chain of custody и маппинг артефактов на тактики.

Решаешь CTF за 20 минут, а первый репорт на HackerOne прилетает обратно со статусом Duplicate? Это не проблема скилла — это проблема дисциплины.

Переход с CTF на bug bounty — не смена уровня сложности, а смена мышления целиком. В CTF ищешь флаг, в bug bounty доказываешь бизнес-импакт. Scope, дупликаты, отчёты, легальность — пять точек, где CTF-игроки стабильно горят.

Roadmap на 12 недель: recon-пайплайн subfinder+httpx+nuclei, Burp Suite как рефлекс, выбор первой программы на Standoff 365 или BI.ZONE, шаблон отчёта который триажится за часы, и пять ошибок автора — чтобы ты не повторял.

Таблица инструментов CTF vs Bug Bounty и путь до Junior Pentest.

10 инструментов пентестера в порядке kill chain: не список утилит, а рабочая цепочка от первого Nmap до root.

Nmap без контекста — просто сканер портов. Nmap в начале kill chain — разведывательный модуль, от которого зависит весь вектор атаки. Разница между джуном и опытным пентестером не в количестве утилит, а в понимании — зачем конкретный инструмент запускается именно сейчас.

Разбираем десятку: Nmap, Burp Suite, ffuf, SQLmap, Metasploit, Hydra, Hashcat, Wireshark, LinPEAS и Nuclei — с привязкой к MITRE ATT&CK, флагами, реальными командами и полным сценарием от разведки до root на одной цели.

Сравнительная таблица и сценарий реального теста.

CVE-2025-32432 и CVE-2025-55182: как сухая строчка advisory превращается в pre-auth RCE — от patch diff до nuclei-шаблона.

Craft CMS, React Server Components — два стека, одна болезнь: публичный эндпоинт ест сложные структуры без валидации. В Craft это gadget chain через Yii::createObject() с подменой __class, session poisoning и require на файл сессии. В React — голая десериализация CWE-502, CISA KEV, ransomware-кампании.

Разбираем методологию целиком: декомпозиция advisory по CWE и CVSS-вектору, patch diffing через git diff, воспроизведение в Docker, IoC для WAF из маркеров десериализации, nuclei-шаблон для массового сканирования и маппинг всей цепочки на MITRE ATT&CK.

Workflow на 6 шагов — от curl до отчёта.

От segfault до контролируемого RCE: полный цикл разработки эксплойта — триаж краша, ROP-цепочка, обход DEP и ASLR.

Большинство материалов по эксплуатации памяти заканчиваются на теории стека или запуске чужого PoC. Дальше — «ну вы поняли». Здесь — без этого.

Разбираем полный цикл: триаж crash в GDB/WinDbg, расчёт offset через cyclic pattern, сборка ROP-цепочки под VirtualProtect/WriteProcessMemory, обход ASLR через ret2plt и information leak. Примеры на реальных CVE — CVE-2018-8453 (UAF, APT FruityArmor), CVE-2024-3400 (PAN-OS, CVSS 10.0). Код на pwntools, команды ropper, типичные ошибки которые убивают полдня.

Чеклист на 8 шагов от advisory до рабочего PoC.