Следуйте инструкциям в видео ниже, чтобы узнать, как установить наш сайт как веб-приложение на главный экран вашего устройства.
Примечание: Эта функция может быть недоступна в некоторых браузерах.
Вы используете устаревший браузер. Этот и другие сайты могут отображаться в нём неправильно. Необходимо обновить браузер или попробовать использовать другой.
SSRF в микросервисе дёрнул IMDS на 169.254.163.254, атакующий вытащил IAM-ключ из метаданных EC2, за 47 минут выгрузил клиентские данные из S3. Ключ создан 14 месяцев назад и ни разу не ротировался. Проблема не в SSRF — в статичном IAM-ключе, которому не было причин существовать.
SPIFFE/SPIRE: вместо секретов каждый workload получает X.509-сертификат с TTL 1 час через аттестацию окружения. IRSA на AWS, GKE Workload Identity, Entra Workload ID — нативные механизмы привязки ServiceAccount к IAM-роли без AKIA*-ключей в env-переменных. IMDSv2 с hop limit = 1 закрывает доступ к IMDS из подов без hostNetwork.
Detection в SIEM: baseline маппингов SA → IAM Role через kubectl + jq, burst запросов к STS (10+ за минуту от одного пода), Falco-правило на connect() к 169.254.163.254. Attack paths при workload identity: T1611 escape to host, T1098.006 новый ClusterRoleBinding, JWT-SVID replay за окно TTL.
Шесть недель C2-канал Cobalt Strike через два Nginx-redirector'а — ноль алертов. Трафик маскировался под API-запросы к SaaS-порталу. На postmortem'е выяснилось: команда защиты не знала, какие артефакты оставляет Nginx в роли C2 redirector без расшифровки TLS.
Механика: location с proxy_pass направляет URI из Malleable C2 Profile на team server, всё остальное — 302 redirect на microsoft.com. try_files как двойное дно: существующий файл отдаётся клиенту, несуществующий URI проксируется на C2. Аналитик проверил домен руками, увидел redirect на легитимный ресурс — закрыл тикет.
Detection без расшифровки TLS: JA3-хеши C2-фреймворков в базах, σ интервалов < 5 сек при среднем > 30 сек — beaconing, один хост на «News»-домен — аномалия, crafted URI возвращает не 404 — try_files с fallback на C2. Мониторинг новых location-блоков в /etc/nginx/ через auditd.
IP из алерта — расходный узел. За redirector'ом скрывается инфраструктура, которую вы ещё не видите.
PAT, слитый в историю чата ChatGPT, оставался валидным месяцами и давал admin-доступ к production-репозиториям нескольких организаций. Два API-вызова — и весь периметр замаппирован. Без единой записи в аудит-логе.
JWT none algorithm: алг подменяется на none, подпись удаляется — legacy-библиотеки принимают. Key confusion RS256→HS256: публичный ключ RSA как HMAC-секрет. Hashcat -m 16500 на слабом секрете — 4 секунды до генерации произвольных токенов с role: admin. AITM-прокси (Evilginx) перехватывает session cookie после легитимного MFA — Conditional Access Policies не спасают.
Таблица behavioral detection: impossible travel HIGH, refresh token reuse CRITICAL, velocity anomaly HIGH, User-Agent switch MEDIUM. Псевдоправило корреляции для любого SIEM. Hardening-чеклист из девяти пунктов с готовой строкой Set-Cookie с HttpOnly, Secure, SameSite=Strict.
Восемь техник ATT&CK — восемь точек где нужны правила. Большинство SOC покрывают две-три.
Функционально идентичный шеллкод-лоадер: 71.7 КБ на C и 151.5 КБ на Rust. Бинарь вырос вдвое — детект упал. Ghidra превращает Rust-код в нечитаемое месиво: monomorphization, ownership-модель, pattern matching ломают привычные паттерны статического анализа.
OPSEC-конфигурация Cargo.toml: opt-level = "z", LTO, strip = true, panic = "abort". Флаги nightly: location-detail=none убирает пути к файлам, fmt-debug=none исключает Debug-имена типов, build-std пересобирает std без строк. Шифрование строк в compile-time через str_crypter — URL C2 невидим для FLARE-FLOSS. C-style enum с transmute вместо serde — ни одного строкового литерала поля структуры в бинаре.
Что Rust реально меняет: сигнатурный match с известными семействами и время ручного triage аналитика. Что не меняет: VirtualProtect+CreateThread детектируется одинаково на любом языке. Против ETW-TI в Elastic 8.x+ переписывание на Rust ничего не даёт.
Агент, падающий из-за use-after-free на третью неделю операции, обходится...
API финтех-сервиса требовал HMAC-подпись в каждом запросе — тело, timestamp, сессионный секрет. Ни один BApp Store-плагин не поддерживал схему. Два часа на кастомное расширение с автопереподписью сэкономили неделю ручной возни с Postman.
Montoya API против legacy Extender API: PortSwigger прекратил поддержку IBurpExtender и IScannerCheck — все русскоязычные гайды на Хабре устарели. Единая точка входа MontoyaApi с 24 методами: http(), proxy(), scanner(), ai(). Immutable-объекты запросов через withUpdatedHeader() исключают race condition при параллельном Intruder.
Java 21 + Gradle стартовый проект из Burp → Extension.java → ./gradlew jar → загрузка JAR. HttpHandler перехватывает исходящие запросы, вычисляет HMAC через javax.crypto.Mac и добавляет заголовок X-Signature прозрачно для Repeater и Intruder. Python через Jython — Python 2.7 в 2025 году, только для одноразовых скриптов.
Команда с кастомными сканерами под типовые мисконфигурации закрывает...
🚀 Первый раз на Codeby?
Гайд для новичков: что делать в первые 15 минут, ключевые разделы, правила
На данном сайте используются файлы cookie, чтобы персонализировать контент и сохранить Ваш вход в систему, если Вы зарегистрируетесь.
Продолжая использовать этот сайт, Вы соглашаетесь на использование наших файлов cookie.