Следуйте инструкциям в видео ниже, чтобы узнать, как установить наш сайт как веб-приложение на главный экран вашего устройства.
Примечание: Эта функция может быть недоступна в некоторых браузерах.
Вы используете устаревший браузер. Этот и другие сайты могут отображаться в нём неправильно. Необходимо обновить браузер или попробовать использовать другой.
Твой профиль заполнен на 0%. Заполни за 1 минуту, чтобы тебя нашли единомышленники и работодатели.
Заполнить →
Два часа ночи, 47 алертов в очереди — и ты не знаешь, это реальная атака или Qualys сканирует DMZ по расписанию. Вот с чего начинается карьера SOC-аналитика.
80% алертов — ложные срабатывания. Первые полгода — ощущение, что ничего не понимаешь. Зарплата junior от 60 до 120 тысяч с ночными надбавками. Никто об этом не предупреждает — зато на курсах обещают «войти в профессию за 3 месяца».
Честный разбор: что реально спрашивают на техническом интервью, какие навыки нужны на каждом уровне L1→L3, план обучения на 90 дней с конкретными командами и платформами.
Развилки карьеры после 3–5 лет (Threat Hunting, IR, Engineering), влияние AI на работу аналитика и 6 шагов, которые можно сделать прямо сегодня.
Domain Admin получен. Теперь вопрос в другом: как закрепиться так, чтобы смена скомпрометированного пароля ничего не изменила?
DCSync прикидывается вторым DC и забирает хэши через протокол репликации — без физического доступа к контроллеру. Из хэша krbtgt лепится Golden Ticket на 10 лет. Silver Ticket идёт к конкретному сервису без обращения к DC — в логах контроллера тишина.
Полная цепочка post-exploitation: DCSync через Impacket и Mimikatz, создание Golden и Silver Ticket с разбором параметров, сравнение техник — плюс почему пароль krbtgt нужно менять именно дважды.
Детектирование через Event ID 4662/4768/4769 и защитные меры: ротация krbtgt, gMSA, валидация PAC и SPN Honeypot.
Антивирус говорит «чисто», а трафик утекает на C2. Kernel-mode руткит работает на одном уровне привилегий с ОС — и видит всё, что видит система.
Руткиты — меньше 1% вредоносных программ, но каждый случай это серьёзный инцидент: APT-кампании, скрытый майнинг. DKOM удаляет процесс из ActiveProcessLinks — он живёт, но невидим. SSDT hooking перехватывает системные вызовы до антивируса. Callback-манипуляции выключают EDR, не трогая его процесс.
Разбираем каждую технику на уровне структур ядра: как руткит перелинковывает EPROCESS, подменяет записи в таблице системных вызовов, регистрирует minifilter с высоким altitude и зачищает callback-массивы защитных средств.
Пошаговый workflow обнаружения через WinDbg и Volatility — кросс-валидация pslist/psscan, проверка SSDT и анализ callbacks.
120 закрытых вакансий ИБ — и одна закономерность: компании перестали набирать джунов пачками и перешли на точечный найм senior. Конкуренция за старт выросла.
Пентестер в Москве — 220 000 медиана, AppSec-инженер — 226 000, SOC-аналитик L1 — от 80 000. Но реальный рост покупательной способности за три года — минимален: номинальный рост съеден инфляцией. Зарплатные таблицы с разбивкой по грейдам для России и США — без маркетинговых округлений.
Пошаговое руководство по резюме от рекрутера, закрывшего 120 ИБ-вакансий: заголовок с ATS-ключами, блок «о себе» с доказательствами вместо «целеустремлённый и стрессоустойчивый», топ-5 антипаттернов и 6-месячный план входа в профессию.
Конкретные примеры — плохо vs хорошо — для каждого раздела резюме.
Для протокола NTLM разницы между «знаю пароль» и «имею хеш» не существует. Именно поэтому один дамп LSASS открывает путь к Domain Admin.
NTLM-хеш не требует соли, не меняется между сессиями и используется напрямую в challenge-response — функционально это и есть пароль. Хеш DA в памяти рабочей станции, на которую он хоть раз залогинился, — билет на контроллер домена.
Полная цепочка с конкретными командами: дамп SAM и LSASS через mimikatz, Pass-the-Hash через Impacket и NetExec, Pass-the-Ticket через Rubeus, Overpass-the-Hash для сред с ограниченным NTLM, Golden и Silver Ticket через DCSync.
Что видит Blue Team на каждом шаге — Event ID, Sysmon-артефакты и приоритизированный список защитных мер от Credential Guard до модели тиров.
Liveness detection отвечает на вопрос «живой ли человек?» — но не «настоящее ли лицо?». Именно в этом разрыве живут атаки на KYC.
Дипфейки составляют 6,5% всех попыток мошенничества с поддельной идентичностью в европейских банках — рост на 2137% за три года. Синтетическая идентичность стоит $30, готовый deepfake-as-a-service — от $10. Почти треть AI-атак успешно проходит защиту.
Три вектора атак на eKYC-пайплайн: инъекция через виртуальную камеру, манипуляция на уровне API без certificate pinning, синтетические документы с GAN-лицами — с полным маппингом на MITRE ATT&CK от T1589 до T1657.
Шестишаговый чек-лист пентеста KYC-системы и разбор того, что реально усложняет жизнь атакующему — а что лишь создаёт иллюзию защиты.
Indirect syscalls, ETW-патчинг, BOF-цепочки — и всё равно CrowdStrike поймал за четыре секунды. Не бинарник, не хэш — поведенческий паттерн.
Обход EDR в Red Team — это про три вещи одновременно: что видит агент на эндпоинте, что попадает в SIEM, и какие корреляционные правила связывают одно с другим. 82% обнаружений атак — без единого кастомного бинарника, через легитимные инструменты.
Разбираем три семейства техник уклонения (blinding, blocking, hiding), BYOVD с реальными кейсами RansomHub и BlackByte, indirect syscalls против kernel callbacks, C2 через Slack/Telegram API и time-differential атаки — с кодом и объяснением, почему каждый подход ломается.
Три провала из практики, где EDR выиграл — и рекомендации для Purple Team.
OSCP, CEH или eJPT — не «кто круче», а какую задачу решает каждая сертификация и сколько это реально стоит в рублях.
CEH открывает двери у HR, но практики — ноль. OSCP — индустриальный стандарт, но $2,749/год и полгода жизни. eJPT за $249 даст честный ответ: ваше это или нет — прежде чем инвестировать в большое. Российский рынок при этом живёт по своим правилам, и Codeby или PT Standoff дадут больше релевантного опыта, чем иностранная бумажка без практики.
Честное сравнение форматов экзаменов, стоимости и реального признания — плюс дерево решений: что выбрать новичку, сисадмину и тому, кто уже в ИБ.
Пошаговый план от нуля до трудоустройства с бюджетами на каждом этапе и четыре типичные ошибки при выборе курса.
В Azure нет открытых портов и непропатченных сервисов — атакуемая поверхность здесь определяется конфигурацией identity-слоя, а не уязвимым софтом.
Мисконфигурированный Service Principal с Application.ReadWrite.All даёт цепочку до Global Admin. Device Code phishing обходит MFA без знания пароля. Service Principal sign-in'ы вообще не покрываются Conditional Access — заходи кто хочешь, без ограничений по геолокации и device compliance.
Полный kill chain пентеста Entra ID: разведка tenant'а без учётных данных через AADInternals, password spraying, кража OAuth-токенов, маппинг путей эскалации через AzureHound и federated domain backdoor — с командами из реальных engagement'ов.
Рабочий арсенал (AADInternals, ROADtools, GraphRunner, TokenTactics), маппинг...
Responder запущен, кофе ещё не заварился — а первый NTLMv2-хеш уже прилетел. Так выглядит каждый внутренний пентест без харденинга AD.
9 из 10 кибератак эксплуатируют Active Directory. Но три меры без единой лицензии закрывают основные векторы credential harvesting: отключить LLMNR через GPO, NBT-NS через NodeType=2 в реестре и развернуть Windows LAPS с уникальными паролями на каждой машине.
Конкретные команды, GPO-пути, ключи реестра и грабли из реальных проектов на 200–3000 машин: почему startup script для NBT-NS не покрывает VPN-адаптеры, как GPP-пароли в SYSVOL убивают весь смысл LAPS и что покажет контрольный запуск CrackMapExec после внедрения.
Порядок внедрения шести мер с верификацией до и после — глазами...
🚀 Первый раз на Codeby?
Гайд для новичков: что делать в первые 15 минут, ключевые разделы, правила
На данном сайте используются файлы cookie, чтобы персонализировать контент и сохранить Ваш вход в систему, если Вы зарегистрируетесь.
Продолжая использовать этот сайт, Вы соглашаетесь на использование наших файлов cookie.